Константин Белик (konstantinus_a) wrote,
Константин Белик
konstantinus_a

Category:

К 92-летию русского Исхода


В Севастополе знают и любят историю своего города, историю флота. Относятся к ней здесь очень личностно, и почти каждый горожанин покажет монументы в честь оборон и освобождений, памятники великим адмиралам и генералам, командующим флотами. Расскажут все. Кроме одной обороны.

Последняя почти запретная, старательно замалчиваемая и советскими, и нынешними украинскими властями тема – Южнорусское государство в Крыму в 1919-1920 годах, Севастополь – столица Белого Юга, реальная альтернатива и красному режиму, и коллаборационистам-петлюровцам. Обороны Крыма и трагедия Исхода ноября 1920 года. Трагедия красного террора на полуострове, по сравнению с которым все «депортации» выглядят как пример гуманизма.

Почему спустя более 20 лет после краха коммунистической власти тема Белого Крыма продолжает замалчиваться властями и политиками? Почему в городе нет ни одного памятника Белому движению и жертвам красного террора? Почему установке общественных памятников препятствуют все - от чиновников до экстремистов всех мастей? Что так пугает сегодняшних политиканов в истории 90-летней давности и чем она актуальна для православного русского большинства жителей Тавриды?

Чтобы ответить на этот вопрос, надо вернуться на 90 лет назад.

Россия, разорванная гражданской войной и потерпевшая поражение в войне мировой из-за удара в спину.

Большевики, не стесняющиеся сдавать русские земли германским оккупантам и стирающие «до основания» веру, традиции, культуру, менталитет русского народа, уничтожающие элиту нации, чтобы на руинах великой страны начать свой великий эксперимент. Нынешние герои «незалежной» - петлюровцы, заботливо выкормленные закордонными разведками, по сути те же революционеры, но с галичанским местечковым колоритом и поклонением перед западными хозяевами.

Белое движение. Отказавшееся от политических лозунгов движение русских добровольцев, готовых сражаться и умирать за сохранение единства своей страны, за то, чтобы русский народ не лишали его веры, языка, самого русского имени. Офицеры и юнкера, кадеты и студенты-добровольцы, казаки и простые малороссийские крестьяне, учителя, врачи, духовенство.

В 1919 году Белое движение терпит ряд тяжелых поражений. Не имея достаточно вооружения, боеприпасов, снаряжения, транспорта, медикаментов, белые армии, истекая кровью, откатываются к Новороссийску. После спешной эвакуации в руках белых остается только Крым.

Но на маленьком клочке русской земли находятся лидеры, способные не только продержаться еще год в боях против силы, контролирующей всю Россию, но и показать пример нового русского государства, соединившего все лучшее из Российской Империи и необходимые реформы. Полководец и патриот генерал барон Петр Врангель оказался и блестящим государственником. Он решает земельный вопрос так, что большевики теряют свой главный козырь, а Крым начинает экспортировать хлеб. Решает рабочий вопрос, национальный, религиозный. Соединяет народовластие с необходимой во время войны жесткой властью военных. Сюда, на последний уголок русской земли стекаются беженцы, пробираются добровольцы. Севастополь в эти дни – столица Юга России. Правительство Врангеля признает Франция. В Крым едут дипломаты, торговцы.

Врангель укрепляет и оснащает обескровленную армию, которая вновь идет в наступление и наносит красным мощные удары. Но не только на военную силу и экономику обращает внимание Белый Крым. Личным указом барона с фронтов отзывают гимназистов и студентов, кадетов и юнкеров, их вновь отправляют в гимназии, институты, кадетские корпуса. Крошечная белая Россия думает о своем будущем, о сохранении молодой элиты. Кадетский корпус создается в Севастополе, в здании нынешнего университета ядерной энергетики. В Симферополе работает Таврический университет, где учится будущий создатель реактора и ядерной бомбы Курчатов. Его будущий коллега Александров в это время сражается в рядах Белой армии.

Красные хорошо понимают, какую угрозу, не сколько военную, сколько идейную, цивилизационную представляет для них Белый Крым, в котором лозунги большевиков не имеют уже опоры. Именно поэтому против Русской армии барона Врангеля бросаются все силы – лучшие части красных, дивизии наемников-латышей, отряды лидера анархистов батьки Махно, которому обещан Крым.

Белый Юг просто ломят числом и силой. Героизм и жертвенность белых частей может вырвать только считанные дни и часы. И тогда барон Врангель принимает решение спасти если не территорию, то людей. На собранные в портах корабли грузятся государственные учреждения, госпиталя и семьи белых воинов, кадетские корпуса и юнкерские училища, к причалам, отбиваясь, отходят остатки добровольческих белых полков и казачьих дивизий. Последним с караулами казачьих юнкеров опустевший Севастополь покидает барон Врангель…

Красные вошли в город только день спустя, причем первым в столицу Белого Юга ворвался бронеавтомобиль с названием «Антихрист». Остров Крым мало было победить, нужно было стереть саму его память, и на полуострове разворачивается страшный террор. Наемник-венгр Бела Кун и неистовая Розалия Залкинд по кличке «Землячка» со своими соплеменниками уничтожают не только тех, кто служил белым или помогал им, но и каждого, кто хотя бы мог им сочувствовать. Людей расстреливают на обрывах и в балках, топят в колодцах и сбрасывают с кораблей. Пулеметами косят и стариков-ветеранов и подростков-юнкеров. Не щадят ни тяжелораненых, ни оставшихся с ними врачей, ни священников. Не менее 50 тысяч человек уничтожают красные каратели (по данным других историков в эти годы в Крыму гибнет до 100 тысяч). Еще десятки тысяч отправляются в лагеря и в ссылки. Крым пустеет. С храмов летят вниз кресты, с постаментов – памятники, со стен домов – названия улиц. Ничего, что может сохранить память о Южнорусской белой альтернативе не должно уцелеть. И спешно громоздятся на площадях истуканы «основоположников марксизма», «героям революции», а чуть позже и самому «вождю мирового пролетариата»…

Остается только память, бережно хранимая в семьях. Эта память прорывается талантливыми книгами и фильмами, где, несмотря на идеологическую мишуру, жгучий интерес и сочувствие вызывают уходящие белые, прорывается историческими клубами, самиздатовской литературой. С началом пресловутой Перестройки кажется, что память и правда о Белом Юге вновь вернется к крымчанам. Уверенность крепнет с крахом коммунистической системы… но новосозданной Украине история Острова Крым также же чужда и опасна. Ее герои – гетманцы да петлюровцы, которых белые армии легко выкидывали из древнего Киева. Память Белого движения, выступавшего за единую и неделимую Россию, память русского православного Белого Крыма для украинизаторов ненавистна больше всего, ведь это, опять же альтернатива, а еще историческая опора для так называемого «крымского сепаратизма». Может быть, поэтому украинские власти так жестко уничтожили зачатки крымской автономии президента Мешкова, что увидели в нем отблеск нового Врангеля с Островом Крымом?

Для экстремистов татарского меджлиса память Белого Крыма не нужна. Они носятся со своей «депортацией», в ходе которой погибло около 50 человек, выставляя себя самым пострадавшим народом Крыма. А тут Русское государство на полуострове, а еще и террор с количеством жертв в тысяч раз большим.

Как бы то ни было, но и при сменяющихся оранжевых и бело-синих властях Украины, память Белого Крыма, русского Исхода и красного террора в Крыму является негласно запретной. В Севастополе и по Крыму нет ни одного официального памятника белым, – только скромные памятные камни и таблички, поклонные кресты, установленные казаками и русскими православными активистами. Скромный памятник в Феодосии, поклонный крест в Ялте, табличка на Графской пристани Севастополя, откуда уходил Врангель с казачьим конвоем, кресты на Мекензиевых горах, на Максимовой даче и на Фиоленте.

Но и эти таблички и кресты словно мешают кому-то и падают под пилами и топорами злоумышленников. Так было с крестом на въезде в Севастополь, с крестом на месте расстрелов белогвардейцев на мысе Фиолент. Оба памятных символа были подняты руками казаков и русских севастопольцев, крымчан вновь. Но вот табличку на фиолентовском кресте, сообщающую о количестве жертв и называющую имена палачей, неизвестные вандалы уничтожают регулярно. Что же в ней пугает сегодняшних ненавистников русского православного населения полуострова?

До сих пор нет в Севастополе часовни в память русского Исхода и красного террора 1920 года. Средства на нее собирают пока русские активисты и неизвестно, удастся ли преодолеть бюрократические преграды.

Только пару лет назад, со сменой руководителя города, в Севастополе разрешили проводить официальные памятные мероприятия – конференции, молебны, возложения цветов. Еще в 90-х годах отслужить молебен по белым воинам согласился только один священник в Инкерманском монастыре, а на службу пришли пару десятков историков, казаков, православных активистов.

В наши дни памятные церемонии проводятся уже более открыто и многолюдно, и тон в них задают казаки, своим видом отпугивающие экстремистов, желающих сорвать акции. Однако в городе и на полуострове по-прежнему нет памятников, нет часовен и храмов, нет названий улиц, которые сохраняли бы память о русском Белом Крыме, о трагедии Исхода и красного террора.

А на Графской пристани льется кровь и в наши дни. Защищая памятник истории от произвола украинских военных, желающих установить табличку в память… немецкой оккупации Севастополя в 1918 году, горожане дали жесткий отпор. Казаки, патриотические силы, женщины, старики пошли на цепи собранных с флота галичан, защитили свою святыню, но репрессии и уголовные дела в отношении защитников Графской пристани длятся по сей день. Разница только в том, что нынешних защитников Севастополя на обрывах не расстреливают… пока.


Игорь Руденко-Миних

Tags: Белое дело, Врангель, Крым, Севастополь, история
Subscribe

  • Паразит России

    Административная карта СССР на момент его создания; сравните, что, трудами Ленина, но особенно Сталина, осталось от РСФСР уже к средине 30-х…

  • Как из русских делали украинцев

    Как из русских делали украинцев: пропаганда и геноцид // Егор Станиславович Ещё одна ( предыдущая здесь) лекция Егора Холмогорова по следам…

  • Николай II. Анатомия Мифов

    Лекция - 1 Остальные лекции о Николае II и его правлении, разоблачающие русофобские мифы о нём>>> Российская Империя при…

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments